Следите за «Milanweek.ru»

«Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией» Павел Бартов #аЯнастоящий

Интервью

«Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией» Павел Бартов #аЯнастоящий

Milanweek экспериментирует с форматами подачи информации для читателей и одним из экспериментов является цикл онлайн-интервью #аЯнастоящий, в котором мы стараемся расспросить собеседника не только о его профессиональной деятельности, но и показать его человеческие качества, узнать о чем думает и что чувствует, проживая и работая вдали от родной страны.


Первым собеседником стал Павел Бартов с темой “Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией”.

У вас есть возможность посмотреть видео и прочитать выжимку текста разговора с молодым архитектором о:

— об Италии как о стране для жизни;
— о России как о стране для работы;
— почему выбрал именно Милан для архитектурного образования;
— есть ли различия между рабочей деятельностью архитектора в России и Италии;
— как начать свое архитектурное дело и многое другое.

MW: — Павел, расскажи о себе?

Павел: — Я учился в Уральской Государственной Архитектурно-Художественной Академии в Екатеринбурге, окончил Магистратуру в Миланском Политехническом Университете. Далее работал в Риме в студии FUKSAS, после чего нашел работу в Китае, в Шанхае. Однако, по определенным причинам, в Китай я так и не улетел, а вместо этого решил вернуться обратно в Милан, где работал в архитектурной студии Metrogramma. И буквально три месяца назад, в октябре 2016 года, мы с моим братом Григорием открыли свою архитектурную студию под названием B-group.

MW: — Расскажи пару слов о фирме? Чем вы занимаетесь, особенности вашей деятельности?

Павел: — Нашу компанию B-group мы открыли в России, где находится наша основная клиентская база. Почему не в Италии, я расскажу чуть позже.

Мы занимаемся архитектурной деятельностью во всех её проявлениях. Другими словами, у нас есть допуски на все виды работ, начиная от дизайна мебели и заканчивая проектами реконструкции городов. Однако, как правило, это проектирование зданий и сооружений. Помимо этого, как и большинство современных фирм мы делаем упор на конкурсное проектирование.

Grigorii Pavel Bartovy 897x600 - "Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией"  Павел Бартов #аЯнастоящий

Григорий и Павел Бартовы, февраль 2013

MW: — Правильно ли я понимаю, что в Италии ваша компания не зарегистрирована?

Павел: — Абсолютно верно, но в Италии зарегистрирован я в качестве, так называемого, libero professionista (прим. фрилансер). Есть такая вещь, как Partita Iva, которая позволяет вести рабочую деятельность в Италии – определенный аналог ИП в России.

Дело в том, что мы потратили не один день с commercialista (бизнес-консультантом в переводе на русский), обсуждая вопрос как рациональней открыть архитектурную фирму в Милане. В итоге мы пришли к выводу, что самое рациональное, что можно сделать – это вообще никакую фирму не открывать.

Вместо этого гораздо проще просто открыть в Италии Partita Iva, быть фрилансером и работать с Россией. Итальянскому государству в принципе все равно, как и с кем ты работаешь, лишь бы все было легально и открыто. 

MW:  — Ты упомянул, что вы «упор» делаете на конкурсы. Что это значит?

Павел: — Давай сразу же определимся, что нет ничего общего между конкурсами и зарабатыванием денег, как и нет ничего общего между зарабатыванием денег и архитектурой. К сожалению, и это сравнение верно. Однако, между зарабатыванием денег и проектными работами (строительством) есть много общего, со всеми вытекающими отсюда смежными специальностями: инженерами, конструкторами, «ВКшниками», транспортниками и т.д. 

Следовательно, проектные работы и конкурсы это не одно и то же. Одно приносит доход, а второе необходимо, чтобы существовало первое. Я хочу сказать, что, на мой взгляд, на одних конкурсах и на «чистой» архитектуре – не выжить ни одной компании.

Поэтому очень важно, чтобы определенная часть коллектива занималась только строительством и приносила доход, в то время как вторая занималась бы продвижением фирмы, участвовала бы в конкурсах, тендерах, писала бы статьи  – делала все то, что способствовало бы развитию фирмы и привлечению клиентов.

Должен сказать, понимание данного принципа – разделение фирмы на концептуальные и проектные работы, приносящие доход, пришло ко мне только в Италии.

Так мы и работаем.

MW: — По такому же принципу работают итальянские архитектурные компании?

Павел: — Думаю, да. Я знаю как минимум 6 архитектурных фирм, 2 из которых по-настоящему крупные организации, я бы даже сказал архитектурно-строительные гиганты, которые работают как раз по этому же принципу – подразделение на проектные и концептуальные работы.

Другими словами, как происходит работа итальянской фирмы? Давай представим, что архитектурная студия выиграла конкурс на застройку определенной территории, и этот один, но достаточно крупный проект, способен «прокормить» компанию следующие пару лет. В прямом смысле слова всего лишь один крупный объект, доведенный до реализации, способен держать на плаву архитектурную фирму среднего масштаба. Разумеется, в течение этих нескольких лет работы над объектом будет произведен колоссальный объем проектных работ, начиная от «стадии П» и рабочего проектирования, заканчивая авторским надзором и решением локальных проблем, которых на стройке возникает неисчислимое количество.

Это будет очень непростая работа, но это то строительство, которое приносит «настоящий» доход, на котором базируется архитектурная фирма. Чтобы не быть голословным и сказать в цифрах, давай представим, что есть общая стоимость строительных работ.  Так вот примерно 6% от этой суммы – это проектные работы. А 100% проектных работ, состоят из 60% рабочего проектирования, и 40% так называемой «стадии П», которая впоследствии проходит экспертизу. А эскизные или конкурсные работы составляют всего лишь дополнительные 15% от 100% проектных работ. Таким образом, фирма может существовать только благодаря наличию именно проектных работ.

А на примере итальянских фирм, когда еще учился в Политехе, я работал в одной небольшой компании в Милане. Эта компания в свое время выиграла один конкурс на строительство жилого здания в Милане. На протяжении следующих 3 лет у них был один проект, обеспечивающий доходом весь офис. Интересно, что параллельно с проектными работами, архитектор – владелец студии, вел профессорскую деятельность в Politecnico di Milano, писал научные статьи, участвовал в различных конкурсах – и всё для того, чтобы найти второй такой же объект.

Таким образом, действует все тот же принцип – проектные работы в одном углу, концептуальные работы в другом. Полагаю, именно так работает большинство архитектурных фирм в Италии.

MW:  — А есть ли принципиальная разница между итальянскими архитектурными фирмами и российскими?

Павел: — Думаю, что разница есть, причем ключевое слово здесь «принципиальная».

Дело в том, что тот принцип, по которому работают итальянцы, может быть назван «глобальным» или «международным». Фирмы, где я работал, сотрудничали с архитекторами из Австралии, Голландии, Штатов и Китая. Таким образом, мы работали в постоянном контакте с иностранными специалистами. А однажды, я работал в Южной Корее с итальянцем, а также с ребятами из Архитектурной ассоциации, которая находится в Лондоне. Это то, что я называю международным подходом к проектированию.

Таким образом, сам принцип архитектурной работы в Италии подразумевает «открытость миру», что не всегда можно сказать об архитектурных фирмах в России. Я, разумеется, говорю не о Москве, так как в Москве, на мой взгляд, как раз понимают все эти мировые тенденции в архитектуре. Но, как говориться, Нью Йорк — не Америка, Москва — не Россия. И то, что происходит в Москве, не факт, что происходит в других городах России. Большинство архитектурных фирм России до сих пор работают в сугубо локальном масштабе. Я не могу сказать, хорошо это или плохо, всё зависит от конкретной задачи, но, тем не менее, это так. 

К примеру, о разнице подходов. В Милане есть одна фирма Mobility in Chain. Это фирма занимается всем, что связано с транспортом — дорогами, улицами, потоками, парковками и т.д. И однажды они предложили свои консультационные услуги одной архитектурной компании в Екатеринбурге. Сотрудничества не получилось, поскольку екатеринбургская архитектурная фирма не видела смысла специально нанимать иностранных специалистов для того, что могут сделать в их компании или же в местном отделе Генерального плана.

Это было года 3 назад, но, тем не менее, на этой встрече очень четко было видно разницу подходов. Миланской фирмы, которая представляла международный подход к проектированию, и Екатеринбургской фирмы, которая рассматривала проблему очень локально. Вместе с этим, я не рискну судить, какой подход к работе в данном контексте лучше. Так как можно бесконечно долго рассуждать о том, как важно понимать мировые тенденции в архитектуре и применять их в российском контексте, но по факту, если «спуститься на землю», никто не знает Екатеринбург лучше, чем местные архитектурные компании. И уж они то как раз и должны понимать, что для их города лучше, зная его специфику и особенности.

Однако, какой бы подход не был выбран, на мой взгляд, важно не забывать одну вещь. Мы живем в эпоху глобализации, эпоху информационного взрыва. Это просто как новые правила игры.

Отсюда и проблемы у многих региональных архитектурных компаний, поскольку они в один момент оказались неподготовленными к современным правилам игры. И таких компаний очень много. Я думаю не только в архитектуре.

Однако не все так плохо с Российским архитектурным рынком. Я сейчас нахваливаю итальянские компании и говорю, что фирмы в России не подготовлены к современным мировым тенденциям. Но, вместе с этим, BIM (с англ. Building Information Model) технологии уже повсеместно используются крупными архитектурно-строительным компаниями в России. Не буду углубляться в суть того что такое BIM, скажу лишь, что это единый принцип и инструмент проектирования для развитых стран.

Дело вот в чем, в 2015 году президент России подписал указ, что с сентября 2016 года, если не ошибаюсь, все крупные архитектурно строительные фирмы обязаны выдавать рабочую документацию как раз в формате BIM. Делается это для того, чтобы соответствовать высокому международному уровню проектирования, о котором я говорил ранее. И та скорость, с которой эта технология внедряется на российский рынок, в архитектурно-строительные компании крайне высока.

Ну и на правах рекламы наша компания B-group работает с вышеописанными BIM технологиями.

А если серьезно, несмотря на то, что может показаться, что архитектурные принципы российских компаний устарели в сравнении с итальянскими – это просто вопрос времени. Дело в том, что архитектурно-строительные организации в России сейчас переживают период кардинальных изменений; кардинальной ломки старых устоев. В итальянских архитектурных компаниях исторически не было таких ломок. Этот процесс сравним с рождением и жизнью человека. Как мы знаем, если человек родился в изначально благоприятных условиях, или же если человек прошел все болезни, «ломки», но все же достиг уровня первого человека, то иммунитет второго будет явно выше, чем у первого. Точно так же и с архитектурными компаниями. Так гипотетически, я не уверен, что итальянские фирмы при необходимости смогут также успешно сменить их принцип проектирования, как это делают сейчас российские архитектурно-строительные компании.

MW:  — Расскажи более подробно о конкурсном проектировании? До начала интервью ты упомянул, что буквально неделю назад вы заняли призовое место в одном архитектурном конкурсе.

Павел: — Да, именно так. Это был конкурс на павильон в Париже. Мы не выиграли конкурс, но, тем не менее, заняли призовое место – вошли в 10 лучших и получили HONORABLE MENTION.

Говоря о конкурсах, мне кажется, здесь нужно уметь выходить за рамки дозволенного, за границы стандартного мышления.

У нас был преподаватель по конкурсному проектированию, Александр Алексеевич Барабанов. На одной из первых лекций он нарисовал задание на доске. Назвал он его «тестом на архитектора». Он изобразил на доске 9 точек, и попросил нас соединить их 4 линиями, не отрывая карандаша от бумаги. Все это преподаватель делал для того, чтобы проиллюстрировать как важно в конкурсном проектировании «выходить за границы», чтобы решить ту или иную задачу. Я, кстати говоря, с заданием справился.

на архитектора от Павла Бартова 800x600 - "Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией"  Павел Бартов #аЯнастоящий

Тест на архитектора

Говоря о последнем конкурсе, нам нужно было создать на Марсовом поле, что перед Эйфелевой башней, павильон, некое пространство без технологий, в котором человек отвлекся бы от своего мобильного телефона. И, в качестве инструмента для достижения этой цели, мы использовали звук. Мы связали звуки живой природы, не характерные для центра Парижа, с ландшафтом поля и получили проект, который показал неплохой результат. (Больше информации о проекте на сайте организатора, описание проекта)

sound of reality  - "Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией"  Павел Бартов #аЯнастоящий

Проект «Sound of Reality» на Марсовом поле

Пару лет назад, работая вместе с Полиной Тимофеевой и Галиной Толкачевой, мы сделали сразу два конкурсных предложения на конкурс идей CANnaction в Киеве и оба проекта победили. Один занял второе место, второй получил специальный приз. В первом проекте мы выбрали заброшенные места города Киева и с помощью обычных деревянных поддонов превратили их в качественно новое общественное пространство.

Во втором проекте мы создавали архитектуру через призму дополненной реальности. Некий Pokemon Go только для архитектуры.

MW:  — Заключительный «профессиональный» вопрос, Италия или Россия?

Павел: — У меня нет ответа на этот вопрос. Нет ответа не потому, что я не могу выбрать, а потому что Италия и Россия являются для меня частью единого организма. Просто каждая страна отвечает за что-то. Это сравнимо с человеческим телом, где сердце, например, — это Россия, а мозг – Италия. Что лучше сердце или мозг? Ни то и ни другое, так как каждый орган важен, поскольку отвечает за «свои» функции.

Если все-таки конкретизировать, то Италия – это страна, где я бы хотел жить, а Россия – там, где я бы хотел работать.

Мы поговорили про работу, а давай теперь узнаем тебя также как человека. Для этого использую вопросы с опросника Марселя Пруста.

Качества, которые ты больше всего ценишь в мужчине?
Вера в то, что делаешь.

Качества, которые ты больше всего ценишь в женщине?
Мудрость.

Твоя главная/характерная черта?
Одержимость идеей.

Твоя идея о счастье?
Самореализация.

Твоя идея о несчастье?
Так и не найти «свой путь».

Если не собой, то кем тебе хотелось бы быть?
Кем угодно, если будет возможность вновь оказаться ребенком.

Где  тебе хотелось бы жить?
В Италии.

Твои любимые писатели?
Булгаков.

Твои любимые поэты?
Бродский («Пилигримы»), Маяковский («А вы смогли бы?») .

Твои любимые художники?
Пусть будет Марк Шагал.

Какие твои любимые литературные персонажи?
Воланд.

Твои любимые герои в реальной жизни?
Моя бабушка.

— Посоветуй фильм/книгу, которая тебе понравилась за последнее время.

Есть один фильм — абсолютно не голливудский, не профессиональный, без «больших» актеров. Фильм называется “The Way”. Он про путь Сантьяго. Дело в том, что я сам был пилигримом и был на этом пути. И в фильме очень хорошо показана сама концепция пути Саньтяго. На меня он произвел впечатление.

— Что ты думаешь, когда слышишь слово “успешный”?

Абсолютно ничего не думаю. Это очень субъективный параметр, который может быть использован только «от себя к себе» если ты соответствуешь собственным критериям успеха. Другими словами кто успешнее? Тот, кто заработал много денег или «свободный художник», который путешествует по миру и пишет картины? Поэтому когда я слышу от кого-то слово «успешный», для меня это ровным счетом ничего не значит.

MW: — 3 вещи которые тебе нравятся и не нравятся в Италии?

Павел: — Мне нравится в Италии то, что это «что-то другое», что это профессионалы и это вкусно.

Не могу сказать ничего конкретного о том, что мне не нравится в Италии, но могу сказать, что мне не нравится в итальянцах — это то, что они не любопытны к другим национальностям и культурам.

MW: — Как ты находишь идеи для своей работы?

Павел: — Нет конкретного рецепта. Правда, нет. Однако мой учитель Александр Алексеевич Барабанов всегда говорил, что если на листе бумаги рисуете больше чем 3 эскиза, это значит, вы не сконцентрированы на том, что вы хотите сделать. Сконцентрируйтесь.

MW:  — Советы от тебя для тех, кто хочет приехать на учебу на архитектора в Италию?

Павел: — Учитесь на итальянском языке, так как только на нем можно понять всю специфику этой потрясающей культуры и страны.

MW: — У нас есть последние 60 секунд. У тебя есть, как говорят, free speaking. Что бы ты хотел сказать напоследок?

Павел: — Независимо от того, есть ли у вас своя фирма или же вы независимый архитектор, или же вы не архитектор вообще — делайте то, чего от вас не ждут.

Смотрите полное интервью на канале youtube MilanWeek.

Выражаем благодарность коворкингу Talent Garden Milano — Merano за предоставленное место для проведения интервью.

Pavel Bartov architector  - "Жизнь и работа архитектора между Италией и Россией"  Павел Бартов #аЯнастоящий

«Делайте то, чего не ждут»

Если Вам понравилась статья, поделитесь ей с вашими друзьями в социальных сетях!

Александр Комаревич

Жизненный взгляд - слова Леонардо да Винчи "Learn how to see. Realise that everything connects to everything else". E-mail для сотрудничества и размещения рекламы: news@milanweek.ru

Нажми, чтобы оставить комментарий

Интервью

Facebook

Популярные статьи

Еженедельная рассылка лучших материалов Milanweek.ru
Подписаться